Статьи и интервью

Интервью для газеты «Новый город»

13 декабря 2016

«Если твою картину никто не видел, то ты ее еще не написал» - интервью Никаса для газеты "Новый город"

​– Вы можете как художник-портретист вывести общую закономерность, которая объединяет всех написанных вами известных людей?

– Могу сказать, что у известных людей нет завышенной самооценки, которая у некоторых возникает непонятно по каким причинам. Состоявшиеся профессионалы всегда отдавали дань и предыдущей культуре, и своим современникам, делились знаниями, талантом. Как правило, те, кто добился серьезного успеха в жизни занимаются благотворительностью, строят храмы, курируют общественные организации. Это серьезные люди, стремящиеся развивать и свою профессию, и свою страну.

– Каким-то образом слава и публичность влияют на творчество художника?

– Я думаю, что нет.Когда человек становится очень известным, то у него скорее возникает мысль «я знаю, что я ничего не знаю».

– Однако слава нужна художнику?

– Скорее не слава…

– Признание?

– Да, желательно признание и, конечно, востребованность. Я, к примеру, не стремился быть известным, просто хотел быть профессионалом. А известность – это скорее дополнение.

– В одном из интервью вы сказали, что хороший художник всегда находится в поиске…

– Да. Хороший художник всегда недоволен собой и требует от себя большего.

– А если мастер заявляет, что он нашел себя (в частности, технику и стиль), значит ли это, что он плохой художник?

– Нет. Совершенно необязательно. Бывают просто уверенные в себе люди, бывают блаженные. Вот, скажем, Марк Шагал кому-то кажется гениальным, кому-то просто дерзким, но он придумал нечто свое и приобрел известность. Кто тут поспорит. Но чаще бывает, когда люди и не придумывают ничего.Как-то на одной передаче я пересекся с Катей Медведевой. Для меня она художница никакая, но она утверждает: «Я гениальная и потрясающая».

– Тогда кого из современных художников вы можете выделить? Чье творчество вам симпатично?

– Я не могу сказать. Если даже я назову имена, то, скорее всего, они ничего вам не скажут, потому что хороший художник – не значит раскрученный. Прошло время Пабло Пикассо и Сальвадора Дали, сейчас таких нет. Кого вы можете назвать? Ну, может быть, вы знаете Илью Глазунова,Александра Шилова, Зураба Церетели — и все. Только в Москве 275 000 художников, а в мире их миллионы. Но активно себя проявляют как раз не художники, а какие-то авантюристы от искусства. Например, тот же самыйДэмиен Херст, который замораживает трупы животных и выдает это за искусство.

– Может ли свободный художник жить в России?

– Конечно. Художник может жить везде. Но свобода никогда не бывает полной. Мы все глобально зависим от политики, а в частности – от клиентов, от заказчиков.Нельзя сказать, что нет свободы в Америке, а есть свобода в России, или что нет свободы в России, а есть в Европе...Свобода – это очень условное понятие. Человек сам выбирает свою свободу. Как говорится: служить бы рад, прислуживаться тошно. К счастью, когда человек занимается искусством, внутренне он уже свободен. Можно работать в любой стране, жить в Сибири или на острове в океане, но, если ты художник – Шопенгауэр, Хемингуэй, Набоков, Пушкин – ты живешь в собственном мире. Свобода — она какая-то такая…

– Относительная?

– Да.

– В 2012 году вы говорили, что для привлечения народа в музеи и галереи нужна целая государственная программа. За три года вы почувствовали какие-то изменения?

– Вы знаете, не очень сильно. В основном все сводится к говорильне. Никакой специальной программы нет. Есть, допустим, программа выборов в президенты страны. Станислав Говорухин, который возглавлял предвыборный штаб, ездил по регионам России и рассказывал о нашем президенте: что он сделал, что он хочет сделать – вот это была программа. Подобное должно быть и в искусстве. Разработать программу и ездить с ней к губернаторам, чтобы они тебя слушали и принимали сказанное во внимание. У них ведь и без искусства забот полно, они заняты овсом, зерном, дорогами, нефтью, лесом и так далее.

Сегодня мы говорим, что 2015 год – Год литературы. Но вот недавно пришел ко мне человек из питерского издательства «Амфора» и говорит: «Никас, не могу деньги найти на издание книг, мы закрываемся. Субсидий никто не дает, а банки кредитов не предоставляют». Так вот, если объявлен Год литературы, нужно же что-то для литературы сделать. К примеру, прекрасно прошли дни Лермонтова, но это точечное событие, и о Лермонтове, слава богу, все знают. Но сегодня у нас есть множество талантливых писателей и поэтов, которых просто необходимо поддержать.

– А что бы вы хотели видеть в Год литературы в России нового?

– Прежде всего новое – это хорошо забытое старое. Николай Лесков,Александр Пушкин, Иван Тургенев, Владимир Набоков. Пусть это будут английские, французские, немецкие, американские классики. Литература не принадлежит одному человеку или одной нации. Сергей Есенин иВладимир Маяковский принадлежат миру, так же, как и Уильям Шекспирили Джордж Байрон. Но, мне кажется, разумным в Год литературы в России большее внимание уделить русской литературе.

– Как думаете, после Года литературы читать будут больше? Что для этого нужно сделать?

– Для того, чтобы больше читали нужна большая целенаправленная пропаганда, как в советские времена. Такого сейчас, к сожалению, нет.

– Так что конкретно нужно сделать, чтобы привлечь народ? Есть план действий?

– Привлекать нужно прежде всего молодежь, старшие поколения уже либо читают, либо читать никогда не будут.А вот сделать чтение модным в молодежной среде – хорошая и посильная задача. У нас масса интересных авторов, но часто им не хватает адекватной раскрутки. Литературные премии делают их популярными опять-таки среди уже читающих людей, молодые редко обращают на премии внимание. А другого пути сейчас, по сути, нет, его надо придумать. Сделаем чтение по-хорошему модным, и подростки начнут читать, и дети.

– Складывается впечатление, что в стране этим сейчас не заинтересованы.

– Постепенно все меняется. Вот видите, Год литературы, значит, работа ведется. Со временем затраченные усилия дадут отдачу. Сейчас люди, зарабатывая деньги тратят их на непонятные материальные ценности, но пройдет время, и их дети, которые сегодня прочитают правильные книги, свои деньги будут тратить более разумно.

– Внезапно у меня возник сейчас вопрос: а частные галереи поощряете?

– Конечно, если такая галерея готова показывать людям произведения искусства. Ведь именно для людей мы и работаем. В Грузии в советское время говорили: «Если два друга не увидели твою машину, то она еще не куплена». Так что, можно сказать, если твою картину никто не видел, то ты ее еще не написал.

– Как считаете, искусство может быть аполитичным?

– Искусство может быть любым: и политичным, и аполитичным. Это зависит только от желания автора. И в любом случае оно может быть бесконечно талантливым и может быть бесконечно бездарным. Хуже аполитичного бесталанного искусства вообще мало что может быть. А вот талантливое искусство, вызывающее патриотические чувства – это по-настоящему прекрасно.

Анна Рекке

"Новый Город"

Поделиться

Другие публикации